Одна женщина. Ноутбук. Два микрофона. Крошечная студия звукозаписи размером 10 на 14 футов на заднем дворе. Японская концепция ваби-саби — поиск смысла в несовершенстве, непостоянстве и простоте. Из этих элементов Лора Вирс создала альбом Temple Songs: за исключением одного совершенно безудержного саксофонного соло, здесь всё принадлежит ей. Альбом назван в честь студии Temple of Bloom, которую Вирс построила у себя на заднем дворе. В нём слышна решимость женщины, заново выстроившей жизнь после развода и второго брака, когда четверо детей стали одной семьёй. Вместо взаимных обвинений и расплаты она предлагает многогранный портрет женщины, вновь обретшей энергию и вовлечённость, которая ищет путь вперёд в мире, возможно, более нестабильном, чем когда-либо.
Проведя слушателя по дуге от Теодора Паркера через Мартина Лютера Кинга-младшего к Бараку Обаме, Вирс мягким перебором струн в «Arc Still Bends» показывает женщину, раздираемую противоречиями — с собой и с миром. «Дуга всё ещё склоняется к справедливости, верно? / В середине ночи я уже не так уверена. / Дуга всё ещё склоняется к справедливости, верно? / Так почему же я всё ещё держу этот чёртов плакат?» В песне есть ощущение тщетности, но есть и надежда: три солнечных луча согревают холодную землю. Они вновь вселяют силы в сердца, остывшие от отчаяния, а люди по-прежнему выходят на улицы с плакатами.
Беспокойство и неуверенность всегда где-то рядом. В «Flying into Darkness» Вирс обращается к ним напрямую: «Несусь сквозь космос на металлических крыльях. / Северное сияние обнимало мою голову. / Когда же я окажусь на земле? / Когда умру». Но поиски не прекращаются: всё это часть процесса, который, кажется, никогда не заканчивается. Вирс объясняет: «Эта песня родилась из чувства, будто в тёмный, полный неопределённости момент я потеряла почву под ногами. Я снова и снова возвращалась к одним и тем же вопросам: как мне сохранить связь с землёй? Как понять, что я делаю что-то действительно хорошее, пусть даже немного сдвигая всё в лучшую сторону?»
Барабанный рисунок в «Pulse» может быть незамысловатым, но песня заражает слушателя своим щёлкающим, потрескивающим ритмом. Это пульс живого человека, доверие к добру — даже среди образов хаоса и страдания. Песня начинается с перебора акустической гитары и постепенно наращивает звучание: появляются электрогитары, а затем — саксофонное соло, подписанное именем «Filthy» Lucre. И оно действительно грязное — резкое, иссушенное, надорванное. Этот диссонирующий дуэт разрушает привычную схему напряжения и разрядки, внося хаос в в остальном мягкую пластинку. Но сквозь всё это пробивается пульс жизни — во всей её неровной, необузданной красоте.
«No Masters» призывает к коллективному самоопределению, сохраняя мягкую фолковую основу. Одновременно в песне возникает образ Вирс, вычёркивающей бывшего мужа со страниц дневников. Завершает альбом «Sunlight and Doom», в которой использованы строки древнегреческой поэтессы Сапфо — автора, чьё имя нечасто встретишь в музыке XXI века.
Обращаясь внутрь себя и создавая музыку без участия других музыкантов, Лора Вирс напрямую приближается к пониманию того, кто она сегодня. Temple Songs — альбом женщины, которая учится принимать себя и не боится открыто говорить и о своих страхах, и о своих надеждах.
